О. С. Бегишева. ТРАНСФОРМАЦИЯ ПРЕЦЕДЕНТНЫХ ТЕКСТОВ КАК ФЕНОМЕН ЯЗЫКОВОЙ ИГРЫ

ББК Ш1

УДК 81’25

О. С. Бегишева

O. Begisheva

г. Челябинск, ЮУрГУ

Chelyabinsk, SUSU

ТРАНСФОРМАЦИЯ ПРЕЦЕДЕНТНЫХ ТЕКСТОВ КАК ФЕНОМЕН ЯЗЫКОВОЙ ИГРЫ

THE TRANSFORMATIONS OF THE PRECEDENT TEXTS AS THE PHENOMENON OF LANGUAGE GAME

Аннотация: В статье рассматривается трансформации прецедентных текстов как феномен языковой игры. Внимание уделено описанию различных видов трансформаций, а также изучению функционального аспекта трансформирования прецедентного текста.

Ключевые слова: прецедентный текст; трансформации; языковая игра; цитата; каламбур.

Abstract: The article considers the transformations of the precedent texts as the phenomenon of language game. The author analyzes the types and operational aspect of the transformations.

Keywords: precedent text; transformations; language game; quotation; pun.

В условиях демократизации современные СМИ стараются «говорить с читателями на одном языке». Широко используются прецедентные тексты. Особенно часто они встречаются в заголовках газетных статей.

Согласно «Новому словарю методических терминов и понятий», прецедентным является «... текст, хорошо известный данной языковой личности и ее широкому окружению, включая предшественников и современников» [5]. Прецедентные тексты изучались многими учёными, исследователями в области языкознания. К ним относятся Д. О. Добровольский, Ю. Н. Караулов, О. В. Лисоченко, Н. С. Валгина, В. Г. Костомаров, Н. Д. Бурвикова и др.

Одним из главных вопросов изучения прецедентных текстов становятся их трансформации — преднамеренная замена одного или нескольких компонентов цитаты. Исследователь О. В. Лисоченко в монографии «Риторика для журналистов: прецедентность в языке и в речи» рассматривает следующие виды трансформаций: замена предикативного компонента сложных предложений, замена субъекта, объекта, предиката, атрибутивного члена, адвербиального члена и т. д. Однако трансформации не ограничиваются изменением синтаксической структуры прецедентного текста. Для привлечения внимания к публикации журналист использует трансформации на фонетическом, морфемном, лексическом, синтаксическом уровнях. Изменение исходного общеизвестного текста приводит к появлению новых смыслов, дополнительной экспрессии.

В заголовках типа «Не рубли с плеча» (КП № 96, 2016), «Эх, газ, ещё газ» (КП № 96, 2016), «СПАЙСите наши души» (КП № 108, 2016), «Миллион малых доз» (КП № 108, 2016), «И звук вон плохо» (КП № 110, 2016), «Мучительница первая моя» (КП № 50, 2017) наблюдается трансформация на фонетическом уровне: добавление или замена звука приводит к изменению смысла целого высказывания.

Помимо изменений на фонетическом уровне, в заголовках используются и трансформации на морфемном уровне: «Пролетарии всех стран, разъединяйтесь» (КП, 13–20.06.2016), «Дама сдавала в багажник» (КП № 19, 2017), «Семеро по прилавкам» (КП № 24, 2017).

Следует отметить, что изменение или замена звуков, морфем приводит к изменению лексического значения слова. Помимо этого, на лексическом уровне происходит замена одного слова другим, противоположным по значению: «Под грифом „Совершенно доступно“» (КП № 66, 2016), «Что имеем, то храним» (КП № 72, 2016), «В бой идут одни новички» (КП № 83, 2016), «Наденьте это немедленно!» (КП № 125, 2016).

Синтаксический уровень трансформации прецедентных текстов подробно представлен в монографии О. В. Лисоченко «Риторика для журналистов: прецедентность в языке и в речи». В рамках данной статьи мы ограничимся упоминанием нескольких видов синтаксических трансформаций:

1) замена одного или нескольких компонентов («О семена! О нравы!», «„Лады“ с „Мерседесами“ стоят. И тишина» (КП, 31.08.2016–7.09.2016), «Служили два разведчика» (КП № 77, 2016), «Раз, два, три, творожок, гори!» (КП № 77, 2016));

2) преднамеренный обрыв цитаты и её изменение («Встречали по одёжке» (КП № 90, 2016), «На старт! Внимание! Ой...» (КП, 13–20.07.2016), «Семь раз отмерь — чтоб свой язык не отрезать» (КП № 94, 2016));

3) изменение синтаксической структуры с сохранением некоторых компонентов цитаты («Иван Васильевич: издержки профессии» (КП № 98, 2016), «В городе Сочи — музыкальные ночи» (КП № 98, 2016), «Не везёт в карьере? Повезёт в любви» (КП № 20, 2016));

4) распространение прецедентных текстов с изменением синтаксической структуры («Из Петербурга в Москву — на самокате» (КП, 3–10.08.2016), «„Юнона“ авось и выведает все секреты Юпитера» (КП № 89, 2016), «В Кремль пришло письмо от „турецкого султана“» (КП № 65, 2016), «Тиха июньская пора. Но арсеналы лучше бы проверить!» (КП № 65, 2016)).

Помимо этого, трансформация может проявляться и на смысловом уровне. В этом случае структура прецедентного текста не меняется, но сам он помещается в другой, противоположный по смыслу контекст: «Астахов отправляется в свободное плавание» (об увольнении П. Астахова после трагедии на Сямозере) (КП № 73, 2016), «Место под солнцем» (о пляжах на берегах водоёмов, заражённых бактериями кишечной палочки) (КП № 90, 2016).

Трансформация прецедентных текстов приводит к порождению новых смыслов путём нарушения канона, привычного звучания цитаты. В связи с этим можно рассматривать трансформацию прецедентных текстов как феномен языковой игры. Согласно данным «Стилистического энциклопедического словаря русского языка», языковая игра — это «определенный тип речевого поведения говорящих, основанный на преднамеренном нарушении системных отношений языка, то есть на деструкции речевой нормы с целью создания неканонических языковых форм и структур, приобретающих в результате этой деструкции экспрессивное значение и способность вызывать у слушателя / читателя эстетический и, в целом, стилистический эффект» [5]. Е. А. Земская в монографии «Русская разговорная речь: Фонетика. Морфология. Лексика. Жест» выделяет несколько приёмов языковой игры: приём рифмовки, использование речевой маски, фонетические деформации слов, приём стилевого контраста, построение необычных языковых единиц и т. д. Однако прецедентные тексты следует отнести к приёмам цитации и каламбурам.

Цитата — широко используемое средство экспрессии. К цитатам можно отнести прецедентные тексты типа «Театр уж полон, ложи блещут...» (КП № 108, 2016), «О семена! О нравы!», «„Лады“ с „Мерседесами“ стоят. И тишина» (КП, 31.08.2016–7.09.2016), «Служили два разведчика» (КП № 77, 2016). Каламбур — «шутка, основанная на комическом использовании сходно звучащих, но разных по значению слов» [4]. К каламбурам можно отнести следующие прецедентные тексты: «Не рубли с плеча» (КП № 96, 2016), «Эх, газ, ещё газ» (КП № 96, 2016), «СПАЙСите наши души» (КП № 108, 2016), «Миллион малых доз» (КП № 108, 2016), «Дама сдавала в багажник» (КП № 19, 2017), «Семеро по прилавкам» (КП № 24, 2017). Иными словами, прецедентные тексты-цитаты связаны с изменениями синтаксического характера, а прецедентные тексты-каламбуры — с явлениями более низкого порядка: лексемами, морфемами, фонемами.

Основная функция использования трансформаций прецедентных текстов заключается в привлечении внимания аудитории к публикации. Вызывая в памяти знакомую ситуацию, прецедентный текст за счёт трансформации некоторых компонентов приводит к появлению новых смыслов, повышению экспрессивности заголовка. Ещё одна важная функция заключается в создании у читателя положительных эмоций. Эта функция может быть реализована за счёт комичности ситуации, создаваемой трансформацией текста («Путь к демократии лежит через желудок» (КП, 23–30.11.2016), «Курс доллара: гляжу, поднимается медленно в гору» (КП, 9–16.11.2016), «Выхожу один я на работу» (КП, 11–18.11.2016)), обращением к хорошо знакомым песням, цитатам, фразам из кинофильмов («Важней всего — пингвины в доме» (КП, 16–23.03.2016), «Он сказал „Поехали“ и махнул хвостом» (КП, 16–23.03.2016), «Вот что кинематограф животворящий делает» (КП № 71, 2016)). Положительные эмоции, возникающие у читателя при взгляде на заголовок, привлекают его, «настраивают» на особое восприятие текста.

Таким образом, трансформация прецедентных текстов приводит к порождению новых смыслов высказывания, способствует привлечению внимания аудитории, создаёт положительные эмоции. Трансформация может проявляться на нескольких уровнях языка: фонетическом, морфемном, лексическом, синтаксическом. Трансформация подразумевает преднамеренное нарушение устойчивой формы с целью повысить степень экспрессивности прецедентного текста, что делает её одной из форм языковой игры — цитатой или каламбуром.

Библиографический список

1. Караулов, Ю. Н. Русский язык и языковая личность / Ю. Н. Караулов. — Изд. 6-е. — М. : Изд-во ЛКИ, 2007.

2. Лисоченко, О. В. Риторика для журналистов: прецедентность в языке и речи : учебное пособие для студентов вузов / О. В. Лисоченко. — Ростов н/Д. : Феникс, 2007.

3. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка : 80 000 слов и фразеологический выражений / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова ; Российская академия наук. Институт русского языка им. В. В. Виноградова. — 4-е изд., доп. — М. : Азбуковник, 1999. — 944 с.

4. Русская разговорная речь: Фонетика. Морфология. Лексика. Жест / под ред. Е. А. Земской. — М. : Наука, 1983. — 239 с.

5. Словари и энциклопедии на Академике. — http://dic.academic.ru/ (дата обращения: 08.03.2017).

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.


(c) 2017 Ольга Сергеевна Бегишева

© 2014-2018 Южно-Уральский государственный университет

Электронный журнал «Язык. Культура. Коммуникации» (6+). Зарегистирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77-57488 от 27.03.2014 г. ISSN 2410-6682.

Учредитель: ФГАОУ ВО «ЮУрГУ (НИУ)» РедакцияФГАОУ ВО «ЮУрГУ (НИУ)» Главный редактор: Пономарева Елена Владимировна

Адрес редакции: 454080, г. Челябинск, проспект Ленина, д. 76, ауд. 426, 8 (351) 267-99-05.

Электронный адрес редакции: ponomarevaev@susu.ru